18 Июля 2017 г.    $ 59.07 (-0.81)    € 67.62 (-0.74)

Lotus. Цветок победы и печали

Хотя принципиальная схема болида, использующаяся всеми нынешними их участниками, в точности повторяет то, что было разработано и воплощено без преувеличения гениальным основателем и конструктором машин знаменитой в прошлом «конюшни», медленно угасшей после его безвременной смерти…

Когда молодой авиационный инженер в 1952 году создал компанию с названием великолепного египетского цветка, трудно было представить, сколько принципиальных изменений внесет он и его детище в саму философию автомобильных гонок. Простая казалось бы, мысль об «одноразовом» болиде до Колина Чепмена, о котором идет речь, никому почему-то в голову не приходила. Все понимали, что победы в автогонках держатся на двух китах – скорости и надежности. Но чем больше инженер стремится к надежности, стараясь сделать детали прочнее, тем больше он утяжеляет машину, снижая, таким образом, скорость. А что если прочности деталей будет хватать ровно на одну гонку? И пусть машина рассыпается сразу за финишной чертой, главное, чтобы она пересекла ее первой… Чепмен понял, что аэродинамика для гоночного болида не менее важна, чем для самолета. И первым стал обдувать модели своих машин в аэродинамической трубе!

Его «Лотос» принимал участие во всех мыслимых состязаниях спортивных и гоночных автомобилей. И просто не мог оставить без внимания Королевские гонки, куда пришел в 1958 году, вместе с как бы специально для него созданным Кубком конструкторов. Семь раз он завоевывал этот почетный трофей – в 1963, 1965, 1968, 1970, 1972, 1973 и 1978 годах. За двадцать пять лет присутствия в «Формуле 1» Колин Чепмен показал себя истинным лидером соревнования интеллектов за чертежными досками. Его постоянное стремление к совершенству поражает воображение. Вместе с тем, английское происхождение Чепмена сказывалось на его творчестве самым непосредственным образом. Все буквы регламента при конструировании болидов он выполнял безукоризненно. Но его нестандартное инженерное мышление, новаторские находки оказывались настолько авангардными, что иной раз организаторы соревнований не допускали его машины к гонкам без объяснения причин. Только потому, что в случае их участия все остальные выступали бы в роли статистов… Гений инженерной мысли, Чепмен оказал на автоспорт влияние, которое каждый конструктор ощущает и поныне. Он привнес из авиастроения в конструкцию болида корпус-монокок, характеризующийся жесткой работающей обшивкой, подкрепленной поперечным и продольным силовым каркасом. Он также перевел пилота в «лежачее» положение с целью уменьшения высоты машины.

Lotus F1 1978
Болид Lotus образца сезона 1978 года

Следующий этап – использование двигателя как силового элемента конструкции шасси. Будучи сам не в состоянии заниматься еще и двигателем, Чепмен помог своим сотрудникам – Майклу Костину возглавлявшему исследовательский отдел «Лотоса», и Кейту Дакворту организовать их производство, да еще привлек концерн Форд к финансированию этого проекта. Двигатель, получивший название «Косворт», оказался настолько удачным, что болиды с этими моторами в течение многих лет использовались различными командами «Формулы 1» и одержали наибольшее количество побед. И, наконец, машина-легенда, Лотос-72. Именно его конструкция лежит в основе всех современных гоночных болидов. Эта модель (с соответствующими модернизациями) продержалась на треке шесть сезонов – с 1970 по1975 год, привезла «Лотосу» две чемпионские короны и три Кубка конструкторов…

А дальше – невероятные усилия по приручению граунд-эффекта, использовать который впоследствии было запрещено правилами Королевских гонок. И опять стремление обойти правила, на этот раз определявшие места размещения антикрыльев – путем создания болида с двумя корпусами – «первичным», воспринимавшим аэродинамическую нагрузку, и «вторичным», собственно с двигателем и колесами. Но и эта попытка была пресечена чиновниками автоспорта. Чепмен начинает работать над активной подвеской. И вдруг, в декабре 1982 года информационные агентства всего мира облетает весть, что в возрасте 54 лет у себя дома в Норфолке от сердечного приступа внезапно умер Колин Чепмен… Как оказалось, смерть спасла талантливого конструктора, запутавшегося в финансовых махинациях, от судебного преследования. И этот тяжелый след сказался на судьбе его команды Королевских гонок, долго сопротивлявшейся, но все-таки прекратившей свое существование после сезона 1995 года.

Lotus F1 1984
Найджел Мэнселл на Гран-при США 1984 года

История «Лотоса» такова, что невольно создается впечатление, что с магией египетского цветка на «конюшню» опустилась тень Анубиса, бога царства мертвых. Смерть оказалась близкой спутницей команды. Впервые это случилось, в 1968 году, когда во второстепенной гонке погиб дважды чемпион Джеймс Кларк. Чепмен был в отчаянии, даже была опасность, что команда прекратит существование… И только безоговорочное лидерство в чемпионате ее первого пилота, Грэхема Хилла спасло в тот момент «конюшню». В 1970 году в квалификационном заезде в Монце гибнет Йохан Риндт, имевший к тому времени такое преимущество, что стал единственным в истории Королевских гонок посмертным чемпионом мира… Там же в 1978 году погиб Ронни Петерсон. Но, кажется, даже когда гонщики уходили из команды, злой Рок не оставлял некоторых из них… В 1975 году в авиакатастрофе гибнет давно не выступающий Грэхем Хилл. В 1980-1985 годах за «Лотос» выступал Элио де Анжелис, а в 1985-1987 – Айртон Сенна. Будучи уже в совершенно других командах, они погибли на трассе – первый в 1986 году, второй – в 1994…

Надо сказать, что человеческие качества и организаторские способности Колина были под стать его конструкторскому таланту. И это при замкнутом характере Чепмена! Он считал, что лишь 20 % успеха зависит от везения, а 80% он в равных долях распределял между автомобилем, гонщиками, механиками и руководителями команды. В организационных вопросах Колин был столь же авангарден, как и в конструкторских. К примеру, команда первой в «Формуле 1» в 1968 заключила коммерческий контракт со спонсором - компанией «Империал Тобакко». Он не побоялся в 1960 году выпустить на трассы Королевских гонок Алана Стейси, который остается и поныне единственным одноногим пилотом «Формулы 1». Будучи сам на первых порах пилотом гоночных машин, Чепмен сдружился с талантливыми гонщиками, которые и составили костяк его вновь образованной «конюшни» в «Формуле 1».

Айртон Сенна
Айртон Сенна

Да и впоследствии у него не было трудностей в формировании команды. И все работали с энтузиазмом, заражаясь им от руководителя. Как только болид «Лотоса» первым пересекал финишную черту, непременно в воздух взлетала знаменитая кепка Чепмена. Казалось, так будет всегда. Какие титаны выступали за «Лотос»! Джеймс Кларк и Грэхем Хилл, Йохен Риндт и Эмерсон Фиттипальди. Шесть раз пилоты команды привозили ей чемпионскую корону. Первый раз это было в 1963 году, затем в 1965, 1968, 1970, 1972… В последний раз первую строку лучших пилотов планеты от «конюшни» Чепмена занял Марио Андретти в1978 году. Больше пилоты «Лотоса» чемпионами мира не становились, хотя за его цвета выступали даже такие гранды, как Найджел Мэнселл и Айртон Сенна, который был последним пилотом «Лотоса», поднимавшимся на высшую ступень подиума – видимо, со смертью Чепмена из команды ушел главный стержень, на котором она, собственно, и держалась.

Чепмен и «Лотос» – тот случай, когда человек и его дело неразрывны. Когда говорят «Лотос» – подразумевают «Чепмен», когда говорят «Чепмен» – подразумевают «Лотос»… Этот удивительно работоспособный и талантливый англичанин был разносторонне одарен. А еще – невероятным энтузиастом и фантастически упорным. Чепмен был первопроходцем во многих областях технических знаний, и для достижения главной цели – победы – делал максимум возможного, руководствуясь однажды сформулированным кредо: «Если вы не побеждаете, то потому, что недостаточно упорно стремитесь к этому». В своих усилиях по разработке и совершенствовании шасси он достиг столь выдающихся результатов, что получил прозвище «держащий дорогу». Многие руководители и конструкторы команд «Формулы 1» оказывают огромное влияние на свои «конюшни», но роль Колина Чепмена в судьбе его «Лотоса» оказалось фатальной. Можно сказать, даже жизнь его была неразрывно связана с жизнью его команды. Цветок победы и печали увял после смерти своего создателя.