18 Июля 2017 г.    $ 59.07 (-0.81)    € 67.62 (-0.74)

Ё-моё-мобиль

«Ё-мобиля» в России не будет – амбициозный проект закрыт. Компания «ОНЭКСИМ» за один евро передала все технологии и документацию государственному институту НАМИ, цеха выставят на продажу. Это решение объясняют ростом цен на оборудование из-за ослабления рубля, а также спадом авторынка в России. Может быть и другое объяснение: миллиардер Михаил Прохоров, похоже, окончательно утратил интерес к своему детищу.

…А как интересно все начиналось в 2010-м. Говорили, что у нас появится принципиально новый автомобиль. Его сверхлегкий кузов будет выполнен из композитных и полимерных материалов; под капот поместят роторно-лопастной двигатель Вигриянова, доработанный новосибирским инженером Филатовым. Это будет «миллионник», не нуждающийся в смазке (!) и работающий в паре с генератором, который вырабатывает электричество и подает его на колеса. «Ё-мобиль» задумывался как экономичный и экологичный гибрид стоимостью порядка 400 тысяч рублей – новое воплощение старой, но вечно актуальной идеи «народного автомобиля», которую можно возвести и к «фордовской» «Жестянке Лиззи», и к немецкому «Фольксвагену-жуку». Это был, по существу, первый по-настоящему современный российский автопроект в отличие от «Калин» или «Приор», морально устаревших еще до попадания на конвейер, или отверточной сборки иномарок.

Года три назад мне привелось оказаться под Петербургом, где как раз торжественно закладывали завод «Ё-Авто». Уже тогда было понятно, что ё-проект для Прохорова – не только индустриальный и коммерческий, но и политический. Спустя считаные дни после закладки завода Прохоров стал лидером партии «Правое дело», на которую некоторые политологи возлагали большие надежды в преддверии госдумских и президентских выборов. Надо было показать, что в машину нового типа вдохнул жизнь политик нового типа. Была и гуманитарная составляющая: «Ё-мобиль» можно было рассматривать как попытку реабилитировать букву «ё», которая, в отличие от ширпотребно-общеевропейской «е», по праву может быть названа «национальной русской буквой», но, к сожалению, находится у себя же на родине в бесправном положении. Точки над ё у нас ставят далеко не всегда, тогда как в сообщениях о «Ё-мобилях» без них было не обойтись.

Сомнения, конечно, имелись и высказывались уже тогда: слишком, мол, смелый проект для страны, где на автомобили до сих пор не ставят «автоматы» и даже нормальный бензин – редкость. Опытный экземпляр «Ё-мобиля», показанный тогда гостям, был интересен разве что дизайном. Бензиновый мотор под его капотом оказался не отечественным роторным, а обычным поршневым и к тому же немецким, от снегохода; работал он с каким-то почти тракторным тарахтеньем (Прохоров пообещал, что на втором этапе «Ё-мобили» станут роторными и КПД вырастет по сравнению с обычными машинами просто революционно). Да и общий подкапотный вид особого оптимизма не вызывал. Мы-то, дальневосточники, всегда первыми приобщались к техническим новинкам, будь то «кондишка» или «автомат», не раз смотрели под капоты тех же «Приусов» и знаем, что там должно быть.

Но, казалось тогда, если уж завод заложили… Теперь, после расстановки точек над ё, мы видим: чуда не случилось, скептики оказались правы. На вызывающем проекте «Ё-мобиля» поставлен крест. Одновременно крест, похоже, поставлен и на Прохорове, который так и не стал политиком нового типа. Из «Правого дела» его «ушли», о новой прохоровской партии «Гражданская платформа» всерьез говорить трудно.

Говорю о крахе ё-проекта без злорадства – скорее с сожалением. Россия, похоже, насовсем отказывается от собственного легкового автопрома, сделав принципиальный выбор в пользу отверточной сборки иномарок на своей территории.

Отвертки у нас, конечно, хорошие. Да и свой любимый правый руль – та рубашка, которая ближе к телу. Но, видя то, какие рывки за последние годы совершили корейские и китайские автомобилестроители, невольно задумаешься, почему того же не можем сделать и мы. Понятно, что промышленность наша тяжело контужена еще с перестроечных времен, но, например, в космической сфере или в области строительства АЭС мы по-прежнему состоятельны, что признает весь мир. А вот с машинами, особенно легковыми, традиционно хуже. Изложение эмоций по этому поводу редко обходится без той самой буквы «ё», которая, похоже, и предопределила с самого начала короткую судьбу прохоровской игрушки.