18 Июля 2017 г.    $ 59.07 (-0.81)    € 67.62 (-0.74)

Мотоклуб «Свирепые бурундучки»: «Мы просто живем…»

Мотодвижение сегодня в фаворе. Притом и у чутко улавливающих конъюнктуру «модников», и у властей (собрание «дорожных капитанов» в мэрии накануне открытия сезона – обычное дело), и у «среднего россиянина». Все это плавно привело к заметно увеличившемуся количеству «двухколесных» на дорогах и…числу мотоклубов, в которые вышеназванные «двухколесные» сбиваются. О некоторых из них журнал уже писал, что неудивительно – мало кто из имеющих мотоцикл не слышал о «Железных тиграх» или «Русских самураях». Но есть клубы, которые не афишируют свою деятельность и не кичатся «цветами».

Что «цвета», даже названия героического своему клубу присвоить не желают! От того именуются мило и даже как-то не по-байкерски – «Свирепые бурундучки». О том, что это за зверь, кого собирает под свой флаг (оскаленные Чип и Дейл на байках) клуб и чем занимаются «бурундучки», когда не «свирепствуют», наш корреспондент узнает у одного из старейших членов клуба Алексея Марченко (Кучерявого).

AG: Алексей, признаюсь, название клуба озадачивает: ну, «тигры», «барсы», «волки» – это понятно, а тут все так миролюбиво…
– Это было креативное собрание определенной группы людей, некоторое количество алкоголя и итальянский ресторан (причем в компании байкеров-итальянцев). Мы тогда просто катались, и все. Нас все знают, мы всех знаем. При этом существовала определенная дистанция: мы ни в чьи отношения не влезаем и в свои не пускам. Примыкать к кому-то желания особого не было. А тогда случилась вспышка на ровном месте – назовемся коллективом? С того все и пошло.

AG: А почему именно так: мило и невинно?
– Тоже можно было взять что-то свирепое (или тигры, или барсы), но отчего-то решили остановиться на бурундучках. Но свирепых! Во-первых, это действительно крутое название. А во-вторых, бурундуки – добрейшей души животные, которые могут быть свирепыми. Можно сказать, это принцип жизни.

AG: Если говорить о хронологии, существуют ли какие-то юбилейные даты у клуба?
– Нет, ничего такого у нас нет. Мы коллектив людей по интересам, и самые приятные даты, пожалуй, дни рождения близких людей.

AG: Надо ли понимать, что традиции, относящиеся к международному кодексу мотоклубов, вам несвойственны?
– Смотря как к этому подходить. Если смотреть в глобальном масштабе, то можно отовсюду взять то, что подходит. Но все основные принципы – объединение людей, открытость, честность в отношениях – нами соблюдаются. То есть люди, которые катаются с нами, знакомы не один десяток лет, поэтому открытий друг в друге мы уже не ищем. А просто живем, живем одной жизнью. Притом что люди все разные: у каждого свой бизнес, свои увлечения.

AG: Возраст членов клуба?
– Мы все люди взрослые. Молодежь как-то у нас не приживается. Вернее, молодым сложно попасть к нам. Просто потому, что им нелегко осознать некоторые вещи, понимание которых приходит с возрастом.

AG: Традиционно в клубе существует некий костяк. Как с этим дела обстоят у вас? И кто является отцом-основателем?
– Отцом-основателем является тот, кто дал название клубу. Это наш товарищ, который долго с нами катался (ныне он тяжело болен), Юрий Батышкин. А что касается костяка – коллектив остался тем же. Давно известно, что руководители некоторых клубов стремятся увеличить количество членов. Но, как правило, такие клубы и создаются для самоутверждения, удовлетворения собственного эго лидера, руководителя клуба. «Бурундучки» в этом плане отличаются: нам ни от кого ничего не нужно. «Бурундучки» – это просто группа давно знакомых людей, которым просто приятно проводить время вместе. У нас нет четкого плана действий, обязательных мероприятий. Все делается спонтанно, на эмоциях: захотели песни поорать – орем, захотели костер запалить – запалили…

Мотоклуб "Свирепые бурундучки"

AG: Нередко клубы ставят свой целью сделать что-то – полезное или бесполезное, нужное или просто заметное. Есть ли у вас цели и принципы?
– Смотря что называть целью! Если материализовать цель – это одно, если «одухотворить» – совсем другое. У нас цель, можно сказать, одухотворенная: чтобы сделать хорошо многим, нужно сначала сделать хорошо близкому человеку. А потом все пойдет дальше – обычная цепная реакция. И потому главный принцип – люби ближнего своего.

AG: В сезон клубы, как правило, собираются – потусить, покататься… Как вы? Есть какие-то планы, «время Ч», «день М» для покатушек?
– Ничего такого нет. Ведь у кого-то бизнес, у кого-то дела, жизнь бывает у людей очень разной. Но если есть возможность выехать куда-то, совершить чего-нибудь, тогда собрались и поехали. И планов масса – много куда хотелось бы съездить коллективом. Правда, не всегда получается реализовывать задуманное.

AG: Но все же есть обязательные мероприятия, которые пропустить никак нельзя? К примеру, байкерские слеты. Посещаете? Своим лагерем стоите или?..
– Конечно, ездим. Ставим палатки, поднимаем флаг, и всем понятно – приехали «Бурундучки». Кстати, ударение в слове можно поставить и по-другому – «бурундУчки». Если посмотреть на наших любимых женщин, все станет понятно – милые, ласковые… Но могут быть и совсем другими!

AG: Я чего-то не припомню, чтобы «Свирепый бурундук» выходил на сцену и чего-то там желал…
– Ну почему же, было такое… Но мы – не общественное движение, чтобы куда-то двигаться, идти, достигать! На слеты приезжают тысячи людей. И все со своими мыслями, взглядами. Объяснять им всем свои жизненные принципы или позиции, что-то им прививать смысла нет. Я думаю, что это просто потеря времени. Те люди, которым интересно узнать, чем мы дышим и как мы живем, – они всегда находят возможность подойти и поинтересоваться. Возможно, потом даже к нам приехать, посидеть за одним столом. Но сказать, что мы закрытый клуб, будет неправильно. Потому что люди к нам приходят. И уходят.

AG: Почему?
– Кому-то, может быть, не нравится честность и откровенность некоторых высказываний. Мы стараемся говорить правду в глаза – так, как оно есть на самом деле. И многим это не нравится. Даже порой самим себе…

AG: И тем не менее есть ли у вас какой-то ритуал, традиции, правила по приему в клуб?
– Нет, никаких традиций такого рода у нас не существует. Лишь один человек на моей памяти проявлял желание вступить в наш клуб. Причем желание проявил достаточно сильное. Ну, собрались, пообщались – примем? Примем… Но человек после этого отчего-то перестал появляться.

AG: С чем это связано?
– Никто не задавал вопросов. Но мы так и остались сами собой – стабильным по составу сообществом давно и хорошо знающих друг друга людей.

AG: Но если все же кто-то решит вступить в «Бурундучки», что ему делать?
– Просто пообщаться. Найти понимание у членов клуба. И все. Для общения преград нет. Мы совершенно открытые люди.

Мотоклуб "Свирепые бурундучки"

AG: Немного о технике. Какие байки, есть ли предпочтения?
– Говорить о предпочтениях сложно – повторюсь, все люди разные. К примеру, наш общий друг ездит на Triumph, английском мотоцикле объемом 2,6 литра (таких в Приморье всего один или два). Ну любит человек большой объем, потому и ездит на Triumph. Я же, к примеру, больше люблю внедорожники и уже несколько лет езжу на Varadero. И вообще у нас люди на байках не зацикливаются, меняют их периодически. Наверное, потому что еще находятся в процессе выбора. Опять же многое зависит от материального достатка. Но у нас нет презрительного отношения к тому, кто и на чем ездит. Бывает, и на мопедах ездят, так что ж, он теперь не с нами, что ли?!

AG: Куда ездите?
– Я, к примеру, по лету люблю на Андреевку «прохватить». И вообще, как потеплеет, слезаю с машины и все дела предпочитаю решать на байке. И все уже к этому привыкли. Бывало даже так, что заходишь в «белый дом», извиняешься, что в экипе и со шлемом, а там отвечают, мол, ничего, привыкли. А все вместе стараемся посещать массовые байкерские мероприятия: открытие, закрытие, слеты. Но здесь есть момент определенного дискомфорта.

AG: В чем он состоит?
– Там, где имеется большое количество народа и большое количество алкоголя, могут возникнуть разного рода неприятности. Они нередко и возникают. Но поскольку мы действительно люди взрослые и ответственные за свои поступки, острых ситуаций порой просто хочется избежать. Известно же, что радикальные методы решения вопросов не всегда самые лучшие. И потому, когда есть настрой, мы такие мероприятия посещаем. И народ уже знает, что к ним с глупостями лучше не приставать.

AG: «Вторые номера» «Бурундучков» – кто они?
– Любимые женщины, которые прошли с нами все – огонь, воду, тяжелые времена, хорошие времена, опять тяжелые времена… У нас в коллективе очень чтут семейные традиции, и потому чаще всего «вторые номера» – жены. К примеру, если моя жена живет со мной 25 лет, у нее просто нет других вариантов. Ей либо нужно со мной кататься, либо на заднем сиденье будет кто-то другой. Она у меня здравомыслящая женщина и четко отдает себе в этом отчет.

AG: Получается, что вы – клуб по интересам давних знакомых? Случайных людей нет?
– Можно добавить – семейный клуб. Срок семейной жизни у каждого члена клуба очень серьезный. А случайные люди… Они просто не приживаются. Бывает случайных много. Вот идет открытие сезона, они появляются. А в следующий раз могут появиться только на закрытии. По факту же нас – 4-5 семей. Это и есть клуб.

AG: Почему не регистрируетесь?
– Смысла, наверное, не видим. Что это даст?! Чего-то положительного в этом я не вижу. Какого-то дополнения к тому общению, что у нас уже есть, тоже не будет. Тогда зачем?

Мотоклуб "Свирепые бурундучки"

AG: Ну, вы же все равно сделали флаг, ввели цвета, нашили шевроны…
– Это все было сделано на заре нашего клуба. Когда были эмоции, восторги, какие-то желания…

AG: На совещания в «белый» или «серый дом» представителей не отправляете? Сейчас это стало модным…
– Любые игры с властью к чему-то обязывают. И порой приводят к последствиям. Ведь, когда идешь туда о чем-то просить, нужно быть готовым к уступкам.

AG: Существует ли у «Бурундучков» перспектива к дальнейшему развитию-расширению?
– Расширяются зачастую, повторюсь, для удовлетворения собственного эго. Нас, также повторюсь, это не интересует. Та стабильность, что была заложена в основу клуба, нас полностью устраивает. Нам приятно общаться друг с другом, мы просто живем – ровно, стабильно. И этим все сказано.